УДК: 630.5(571.63)

К ВОССТАНОВЛЕНИЮ ЛЕСОВ ЮГО-ЗАПАДА ПРИМОРЬЯ

 

BY RESTORING FORESTS IN SOUTH-WEST PRIMORYE

 

Урусов В.М. (ДВФУ, г.Владивосток, РФ), Варченко Л.И. (ТИГ ДВО РАН, г.Владивосток, РФ), Майоров И.С. (ДВФУ, г.Владивосток, РФ)

 

Urusov V.M. (Far Eastern Federal University, Vladivostok, Russia), Varchenko L.I. (Pacific Institute of Geography Far Eastern Branch of the Russian Academy of Science, Vladivostok, Russia), Mayorov I.S. (Far Eastern Federal University, Vladivostok, Russia)

 

Юго-запад Приморья занят Восточно-Маньчжурскими горами и их предгорьями  примерно на 14 тыс. км2. Лесистость макрорайона по отдельным урочищам составляет 10-45% (вторичные + коренные леса), а по лесам с хвойными породами от 0,5 до 10%.  Хвойные леса отчасти потеряны в начале нашей эры, в Приханковье – в XIXXX вв. Восстановление пихты цельнолистной, кедра корейского, сосен густоцветковой и погребальной стоит вести на пологих и покатых склонах на более чем 50 тыс. га.

 

Southwest Primorye busy East Manchurian mountains and their foothills about 14000 km2. Wooded makrorayona on individual tracts of 10-45% (secondery + indigenous forests) and forest with conifers from 0.5 to 10%. Coniferous forests partly lost in the beginning of our era, in Prihankove - in the XIX - XX centuries. Recovery Abies holophylla, Pinus koraiensis, Pinus densiflora and Pinus  x funebris  funeral worth having on the gentle slopes and sloping more than 50 thousand hectares.

 

Ключевые слова: субклимаксовые леса, хвойные, минерализованные полосы, лесоохрана, редкая фауна

                                                                                     

Key words: subklimaksovye forest, coniferous, mineralized strips, forest conservation, rare fauna

 

Если экология изучает взаимоотношения видов и их коэволюционирущих систем (биогеоценозов) с окружающей косной и биокосной средой, то экологические кадастры занимаются описанием особенностей природной среды определённых территорий, а также их экосистем с целью выявить  значение этих объектов для практики и разработать модели рационального экологического менеджмента (Реймерс, 1991; Трифонова и др., 2003; Майоров, 2008). Вот поэтому подробно изученный материал по флоре и растительности Восточно-Маньчжурских гор, фаунистическому составу их экосистем и в особенности редчайшим видам животных и птиц в долговременной динамике самых продуктивных и базовых для краснокнижной фауны ценозов (по крайней мере за ряд десятилетий, веков и по возможности тысячелетий) должен быть включён в систему оценок экотопов, климатов, динамики растительного покрова.

Орография. Восточно-Маньчжурские горы в соседствующей с юга КНДР формируют водораздел Жёлтого и Японского морей. Их отроги протянулись с юга на север в КНДР, КНР и РФ между 39 и 46º с.ш., разделяя водосборы рек, стекающих в Охотское море (Мулинхе, Уссури) и в Японское, и в Приморском крае России являются низко- и среднегорьем вдоль государственной границы с КНР. На 42º18ʹ с.ш.  южную часть Хасанского района формируют граниты. В северной части Хасанского на западе, Надеждинского и Уссурийского  районов – базальтовые плато высотой от 700 до 1000 м  над ур. м.  В Октябрьском, Пограничном, Ханкайском и Кировском районах – снова граниты. Находящийся на 42º с.ш. на границе КНДР и КНР в центральной части плоскогорья вулкан Пэктусан (по-китайски Чанбайшань, Байтоушань, высота 2744 м, кальдера 4 х 6 км с озером Тяньчи; возраст вулкана плиоценовый, в голоцене извержения возобновились и отмечены в маньчжурских летописях за 1597, 1702, 1898 гг. и марикруются поколениями лиственницы, иногда очень мощными даже в описаниях русских географов конца XIX в.) (Апродов, 1982). Вулкан  разделяет водосборы Японского и Жёлтого морей и не только сохранил характерные виды растений морфоструктуры центрального типа А.П. Кулакова (1986 и др.) - Японской МЦТ, (например, субальпийский стланик сабину Саржента), но и является местопроизрастанием эндемичных и реликтовых рододендронов и кипарисовых, в частности эндемичной  туи корейской, впервые для науки указанной здесь инженером-путейцем Н.Г. Гариным за 20 лет до данного Т. Накаем формального диагноза (Flora Coreana, 1972). Следует упомянуть, что первые подробные описания вертикальной зональности, эндемов и послепожарных сукцессий выполнены русскими географами и инженерами-исследователями вариантов транспортных маршрутов (Стрельбицкий, 1897; Гарин, 1916), что нами в своё время использовалось при уточнении высотных растительных поясов юга Дальнего Востока (Урусов, 1988; Урусов, Лобанова, Варченко, 2007; и др.)

Климат. Восточно-Маньчжурские горы - это зона смешанных лесов муссонно-континентального климата с холодной или суровой зимой и тёплым или жарким летом с суммами активных температур в РФ от 2300 до 2800º, в некоторых урочищах даже около 3000º, наиболее тёплая и продуктивная (в РФ к востоку от Урала) для лесовыращивания и ряда с/х культур, например, сои, входящая в подпровинции смешанных лесов и подпровинцию приханкайских лесостепей (рис. 1).

В целом климат Восточно-Маньчжурских гор на территории Приморья муссонно-континентальный с умеренно суровой зимой в низкогорьях и среднегорьях Хасанского района при среднегодовой температуре от 5,6ºС в прибрежных урочищах микрорайона Краскино-Сухановка (здесь климатические характеристики составляют 0,7-0,8 таковых для Пхеньяна при чуть более холодном январе), 3,1º в верховьях р. Барабашевка, 3,8º у пос. Пограничный. Среднеянварская температура от -10º на юге до -16º, -17º в зоне Барабаш-Краева и сумме активных температур от 2300 до 2700º и около 3000º в низкогорной пади Краева в Пограничном районе. Осадков за год от 700 до 500 мм и как минимум в 1,5 раза больше в открытых на юго-восток долинах и в горах с высоты 550-700 м над ур. м. Т.е. это, во-первых, климат хвойно-широколиственных лесов в их южном варианте, например, «азалиевых» и лианово-грабовых чернопихтарников и «азалиевых» сосняко из Pinus densiflora и Betula schmidtii с Rhododendron schlippenbachii, Weigela praecox в подлеске, Aralia continentalis, Arisaema peninsulae и другими северокорейскими травами в живом напочвенном покрове при гидротермическом коэффициенте около 3 у Хасана и  к югу от с. Николо-Львовск в западной половине Уссурийского района и, во-вторых, климат уже более северных и простых, не переходящих в зимнеголые леса остатков потеснённой человеком формации Pinus x funebris при гидротермическом коэффициенте около 1,5-2 и даже около 1 на южных склонах и более высоких (на 300-500ºС)  активных температурах к северу. Там в закрытых межгорных долинах инсолируемые склоны низкогорий находятся в режиме южной лесостепи, в особенности при крутизне более 20º.

Однако даже на переходе к зимнеголым лесам на юге Хасанского района из-за холодных зим возможности привлечения теплолюбивых деревьев и кустарников хотя бы  умеренно субтропической подзоны соседней Корее ограничены  потому, что в Пхеньяне, находящемся в непосредственной близости, среднегодовая температура 9,4º, сумма активных температур - 3400º, осадков за год в среднем 950 мм (Урусов, Майоров, Чипизубова, 2010). Причём на вулкане Пэктусан на высоте от 2000 м над ур. м. климат североохотского таёжного типа, а весна начинается в конце мая. В низкогорьях Хасанского района начало весны совпадает с началом марта, купальный сезон в бухте Теляковского начинается в первые дни мая, но в конце мая туманно, промозгло, ветрено. К югу от Сухановского перевала лето кончается 10-15 октября, в заповеднике «Кедровая Падь» - в самом начале октября, в Пограничном районе – к середине сентября, у оз. Ханка – в конце сентября. Зима малоснежная и солнечная с дневными температурами в закрытых от ветра долинах около 0º. Причём зимой выпадает от 10 (мыс Гамова) до 13 (Краскино) и даже 20% годового количества осадков. Их максимум приходится на «Кедровую Падь» и среднегорья выше 700 м над ур. м. Чем меньше снега, тем чаще и мощней осенне-весенние луговые и лесные пожары и проблематичней уцелевание разнообразия биоты.

Лучшие локальные (местные) климаты в зоне Восточно-Маньчжурского хребта в РФ с юга на север в Краскино, Витязе, Полтавке, Николо-Львовске, Барабаш-Леваде, Комиссарово, Новокачалинске.  Оптимальные микроклиматы связаны с боковыми долинами основных водотоков, продуваемых господствующими ветрами, что в конце концов снижает фиксируемую метеостанциями теплообеспеченность примерно на 20% по сравнению с защищёнными от этих ветров распадками. При организации садоводства (вспомним виноградный совхоз Тизинхе (застава Школьная в Хасанском районе) это очень важно. То же самое относится к подбору теплолюбивых интродуцентов. Лучшее время года на юге с марта по середину мая и в конце августа-сентябре-первой половине ноября. Северней – в мае-июне, августе-сентябре, у оз. Ханка – в конце апреля-октябре.

Человеческий фактор. В его российской части макрорайон освоен человеком по крайней мере с неолита, в особенности в низкогорьях юга Хасанского района,  низовьях рек его средней и северной частей, а также в долине р. Раздольная,  где даже массивы вторичных лесов сменяются лугами, а хвойные формации исчезают и на главном водоразделе – т.е. на государственной границе. Причём, по данным А.Ф. Будищева (1883), именно таковой ситуация с растительным покровом в районе Хасан-Краскино была и на начало 1860-х гг., когда освоение Приморья русскими практически не начиналось (рис. 2).

Вот что стоит учесть: в зоне  водосбора оз. Ханка в 1860-е гг. наиболее нарушенными были леса в верховьях рр. Нестеровка и Мельгуновка и, вероятно, представляли собой разреженные сосняки и арчёвники  (Juniperus rigida; Урусов, 1999), сменявшиеся к северу массивами сосняков вдоль госграницы и ельников с «кедром» по Левой Комиссаровке (Picea x manchurica, P. komarovii; Pinus koraiensis). У Турьего Рога и даже на десятки км южней на террасах озера Ханка и хребте Западный Синий господствовали сосново-дубовые древостои (Pinus x funebris, Quercus mongolica)  в т.ч. годные для строительства.

Сразу отметим, что прерывистость в распространении хвойных вдоль границы с КНР вблизи с. Цуканово (к северу от пгт Краскино) и с. Полтавка имеет «двусторонний» характер, распространяясь и на китайскую сторону Чёрных гор, что в дальнейшем мы объясним. В верховьях рр. Барабашевка, Нестеровка, Студёная, Турга вторичные леса занимают российские участки водораздела и сменяются в КНР по крайней мере широколиственно-сосновыми, сосново-дубовыми и широколиственно-«кедровыми» лесами. И это связано с принципиально иной динамикой антропогенных пожаров в данных урочищах, даже их отсутствием продолжительные периоды позднего средневековья на западных склонах хребта.

На восточных склонах хребта в пределах РФ только в ближайших окрестностях национального парка «Земля леопарда», включая зону Борисовского плато, к 1999 г. проживало около 20 тыс. человек в поселениях на 9 (разъезд Барсовый) – 17 (ДЭУ – 196) – 4750 жителей (с. Барабаш) (Андрияшин, 1999). Но это без пограничников, военных частей,  а также без населения Пограничного и Хасанского районов. В целом же к Восточно-Маньчжурским горам тяготеют не менее 50 тыс. жителей и первые тысячи военнослужащих. Так что выживать за счёт фауны гор и моря вынуждены тысячи человек, и им надо дать работу.

Цель нашего исследования – по составу и структуре экосистем, наличию или отсутствию коренных лесообразователей и ценной фауны определить особенности воздействия человека на леса во времени и пространстве по крайней мере на протяжении  нашей эры  (2000 тыс. л.).

Задачи: 1) охарактеризовать состояние растительности Восточно-Маньчжурских гор, в особенности хвойных массивов, 2) определить участки с обилием хвойных деревьев в возрасте нескольких веков, 3) определить участки хребта с наличием субальпийских хвойных и лиственных кустарников, 4) выявить насаждения и экосистемы с макротермными видами сосудистых растений, 5) сделать заключение об историческом возрасте начала антропогенной деградации лесов на разных участках границы и возможностях восстановления ценных лесов, 6) наметить меры по восстановлению высокопродуктивных хвойных массивов, 7) оценить возможности увеличения численности популяций  ценной исчезающей фауны.

От р. Туманная на границе с КНДР до р. Сунгача в Кировском и Лесозаводском районах Восточно-Маньчжурские горы вытянулись в Приморье не менее чем на 400 км в северном и северо-восточном направлении и разделяются оз. Ханка и р. Сунгача со своим продолжением в виде холмов в пределах РФ и КНР. По ботанико-географическому зонированию (Урусов, 2001) эти горы входят во-первых, в Маньчжурскую ботанико-географическую провинцию смешанных лесов муссонно-континентального климата, во-вторых, в подпровинции чернопихтарников (Abies holophylla) и сосняков (Pinus densiflora) с северокорейскими флористическими элементами на крайнем юго-западе Приморья; лианово-грабовых чернопихтарников у собственно р. Раздольная на госгранице (большая часть южной половины гор в РФ); сосново-широколиственных лесов из Pinus x funebris вдоль границы до оз. Ханка; приханкайских лесостепей – преимущественно район абрикосово (Armeniaca mandshurica) – сосновых лесов предгорий.

Вертикальная зональность растительного покрова наиболее сложна, разумеется в районе вулкана Пэктусан (= Чанбайшань) на границе КНДР и КНР (рис. 3). Она впервые описана в географической литературе как раз русскими исследователями (Стрельбицкий, 1897; Гарин, 1916)  при современном прохождении снеговой линии на высоте около 3600-3700 м над ур. м. и при нижней границе субальп из сабины Саржента на 1700 м над ур. м., а из кедрового стланика на 2200 м (южные склоны). Формация ультрабореальных (предсубальпийских каменноберезняков размещалась с высоты 2000 м и – в виде изолированных фрагментов -  между 1100-1500 м. Темнохвойная тайга спускается до 1000 и даже 800 м на северном макросклоне, кедрово-еловые и кедрово-широколиственные леса произрастают между 800-1400 м над ур. м. на инсолируемых и 500-1100 м на теневых склонах. Между 1000-1500 м нередки грандиозные лиственницы. До 800 м поднимаются дуб монгольский и сосняки из густоцветковой и погребальной сосен, до 600 м – можжевельник твёрдый, до 500 м – леса с доминированием дуба зубчатого, до 300 м – каштана городчатого.

В Приморье в Чёрных горах дуб зубчатый произрастает от уровня моря до высоты 400 м, дуб монгольский – между 200-750 м, хвойные в районе пгт Краскино уцелели на выдающихся вершинах в виде отдельнывх деревьев, а несколько северней – с высоты 550 м. И это при том, что на теневых склонах клён Комарова отмечен с 400 м, а сирень Вольфа – с 200 и даже 100 м над ур. м. Вот это и есть нижний уровень тайги в плейстоцене до эпохи оледенений и опускания края материка на рубеже плейстоцена. В «Кедровой Пади» из-за особенностей увлажнения теневые склоны (по крайней мере в водосборе р. Кедровая) всё ещё несут уцелевший чернопихтовый массив, сменяющийся «аянскими» еловыми выделами с тисом на высоте более 500 м. Выдающиеся вершины здесь заняты или белопихтарниками и курумами (гора Угловая) или дубово-каменноберёзовыми лесами с клёном Комарова, сиренью Вольфа, изредка заманихой. Впрочем, растительность знаменитого заповедника, её уникумы и динамику мы рассмотрим в следующей главе подробно.

На уступах плато Олений Утёс чернопихтарники сменены монгольскими дубняками, липняками, лиственничниками (редкость!), Abies holophylla уцелела только по кромке верхнего уступа, а на вершине плато – елово-кедровые леса с тисом и изредка заманихой, массой клёна Комарова на месте кедрово-еловой тайги, разрушаемой многие столетия. Борисовское плато тоже сохраняет хвойные с 600 м над ур. м. и на переувлажнённой плоской вершине сберегает лиственничники. Примыкающие граниты заняты сосняками, поднимающимися до 600 м, что не так высоко, как на хр. Пограничный, где доминируют дериватные дубняки на месте былых сосняков и лиственничников, замещаемых с 750 м (южный склон) или с 650 м разнокустарниковыми кедрово-еловыми лесами. 

К сожалению, % сомкнутых сосняков к общей лесопокрытой площади ничтожен и не превышает 0,6% в Пограничном районе, падая в Ханкайском до 0,04, в Хасанском до 0,2%. В Надеждинском районе на хвойно-широколиственные леса приходится около 5% лесопокрытой площади. Причём как раз здесь уцелели кедр корейский, пихты цельнолистная и белокорая, мощные обильно плодоносящие дубы и орехи. Вот из потерь чернопихтово-кедровой и сосновой формаций следует исходить при проблематичном, но необходимом восстановлении субклимаксовых лесных сообществ в Восточно-Маньчжурских горах в целом (рис. 4). А следовательно восстановление инфраструктуры охраны лесов на уровне 1990 г. – только этап восстановления, полидоминантных смешанных лесов юго-запада Приморья, а значит – кормовой базы копытных, тигра и леопарда.

Ещё сложней лесовосстановление будет на холмах вдоль правого берега р. Сунгачи, где среди дубняков  уцелели считанные  группы сосны погребальной, а сосна кедровая корейская скорей всего всегда отсутствовала. Однако луговая растительность «дальневосточной прерии» сама по себе может быть ценной кормовой базой копытных и нуждается в охране не только на участке «Чёртово болото», отошедшем к Ханкайскому госзаповеднику. Поляризация населения, отток его в крупные населённые пункты (Шварц, 2003) облегчают охрану и восстановление экосистем, но надо иметь в виду, что только  что мы рассмотрели урочища, где безлюдье даже с эпохи средневековых государств, а это IX-XIII вв., не привело к восстановлению высокопродуктивной субклимаксовой растительности (Чёрные горы на юге, долина р. Раздольная). Интенсивное освоение Приханковья привело к тому, что и в урочище Правая Комиссаровка и в районе с. Турий Рог деградация растительности зашла так же далеко, как и в заселённом с палеолита микрорайоне Посьет-Краскино-Цукановка с его близостью к древнейшим городам Маньчжурии, например, Нингуте.

Фауна. Судя по прекрасно изученной фауне заповедника «Кедровая Падь», российская часть Восточно-Маньчжурских гор является местообитанием не менее чем 50 видов млекопитающих, 240 видов птиц, 7 видов амфибий, 8 видов рептилий, 11 видов рыб, тысяч видов насекомых – 800 и более высших чешуекрылых, включая 100 дневных бабочек, водных беспозвоночных более 200 видов, жуков-листоедов 200 видов, только редких насекомых, пожалуй, до 100 видов.

Популяция леопарда не превышает 50 особей и до 2010 года не проходила к северу от заказника Борисовское плато. Т.е. леопард сегодня расселён всего лишь на площади около 350 тыс. га, утратив большую часть своего ареала 1860 г. Здесь же обитает около 20 особей амурского тигра, 10 рысей, до 80 белогрудых медведей и до 10-15 бурых медведей. Пятнистых оленей 1000-2600 в зависимости от года учёта [причём теперь их численность не пополняют беглецы из погибших в Бозе оленепитомников, которых прежде было по 10-100-500 в год (Богачёв, 1976)], изюбрей 10, кабанов 300-560, что меньше втрое по сравнению с 1980-ми годами. Косули – их 600-2000 особей.

В связи с новой экономической реальностью плотность копытных сдвинута к заповеднику «Кедровая Падь», заказникам Барсовый, Борисовское плато: в 2007 г. плотность копытных здесь оказалась в 10 раз больше, чем на крайнем юге Хасанского района (Пикунов и др., 2009). Соответственно за копытными смещается дальневосточный леопард, которого на лесо-луговых угодьях южного макрорайона Восточно-Маньчжурских гор (восточный мегасклон), а это в целом в Приморье не менее 800 тыс. га и даже более 1 млн. га, если брать от госграницы до предгорий,  могло бы быть не менее 60-80  особей при более чем 3 экз. копытных на 1000 га, что, однако, в разы меньше, чем в широколиственных лесах Франции. Но только ликвидация нищеты местного населения и соседей-китайцев выправит ситуацию с краснокнижной териофауной. А ещё нужно поощрять охрану диких животных, подкармливать копытных в многоснежные зимы  и возмещать потерпевшим селянам наносимый фауной материальный ущерб, если его реальность доказана.

Так что «стол» наших исчезающих кошачьих определяют, держат в руках сегодня люди, фактор беспокойства, международное браконьерство, инженерные сооружения государственной границы и в третью очередь сейчас случающиеся через 10-15 лет зимние ливни и многоснежные зимы. Но поднять численность косули и пятнистого оленя без тройного увеличения действительно безопасных для них кормовых площадей, изгнания браконьеров, организации зимней подкормки копытных и возвращения местного населения к нормальному сельскохозяйственному производству и индустрии действительно доходного туризма проблематично: уже в Полтавском заказнике и к северу от него исчезает леопард, становится уникумом тигр, мало медведей, оленей, кабанов.

И всё-же определённые подвижки в плане охраны фауны положительны: WWF Дикая природа России (Амурский филиал) 18 марта 2013 г. по Приморскому радио сообщила, что численность дальневосточного леопарда теперь 50 экз.,  появился леопард на границе с КНДР в речных плавнях, а также в заказнике  «Полтавский», однако, теперь обостряется конкуренция леопарда с тигром за пищу и территорию вплоть до смертельного исхода для леопарда. Отчасти это связано с превращением полуострова Гамова в пустыню,  потому что здесь уже нет  государственного оленеводства и пятнистого оленя (Е. Коновалов. Их 50. Но и этого мало. АИФ Приморье, 2013, №2, с. 16).

Итак, в российском секторе Восточно-Маньчжурских гор и их предгорий сосняки, чернопихтарники и кедровники остались в очень далёком прошлом или в XIX в. Однако теперь придётся культивировать именно эти породы.  Экосистемы без признаков существенной трансформации занимают около 1% территории, равной примерно 14 тыс. км2, утратившей хвойные за 2 тыс. лет (Урусов, 1999; Урусов и др., 2010; Гриднева, 2009). Экосистемы с признаками трансформации – 5% территории. Примерно на такой же площади ещё возможно возвращение к субклимаксовой структуре ценозов только пассивными мерами – охраной от пожаров, содействием естественному возобновлению коренных  лесообразователей. И на около 1 тыс. км2 пологих и северных склонов придётся развернуть посадки хвойных, предварительно создав систему противопожарных минерализованных полос.   

 

Список использованных источников

Андрияшин А.В. Границы и состав земель. Землепользователи // Борисовское плато: эколого-экономическое обоснование создания охраняемой природной территории. -Владивосток: Дальнаука, 1999. -112 с.

Апродов В.А. Вулканы. -М.: Мысль, 1982. - 367 с.

Богачёв А.С. Оленеводческие хозяйства – источник пополнения популяций диких пятнистых оленей // Охрана природы на Дальнем Востоке. -Владивосток: ДВНЦ АН СССР, 1976. - С. 217-218.

Будищев А.Ф. Описание лесов Приморской области. -Иркутск, 1883. -537 с.

Гарин Н.Г. По Корее, Маньчжурии и Ляодунскому полуострову //Полн. собр. сочин. -М., 1916. Т. 5. - 135 с.

Гриднева Н.В. Пихта цельнолистная (Abies holophylla Maxim.) в Приморском крае (ресурсная оценка и перспективы интродукции): Автореф. … канд. биол. наук. - Владивосток: ТИБОХ, 2009. -21 с.

Кулаков А.П. Морфоструктура Востока Азии. -М.: Наука, 1986. -175 с.

Майоров И.С. Эколого-географические основы устойчивого природопользования в береговой зоне Дальнего Востока России (альтернативное природопользование). -СПб: Изд-во СПб академии управления и экономики, 2008. - 332 с.

Пикунов Д.Г., Серёдкин И.В., Арамилев В.В., Николаев И.Г., Мурзин А.А. Крупные хищники и копытные юго-запада Приморского края. - Владивосток: Дальнаука, 2009. - 96 с.

Реймерс Н.Ф. Популярный биологический словарь. - М.: Наука, 1991. -544 с.

Стрельбицкий. Из Хунчуна   в Мукден и обратно. -СПб, 1897. -160 с.

Трифонова Т.А., Селиванова Н.В., Ильина М.Е. Экологический менеджмент. -Владимир: ВГУ, 2003. - 291 с.

Урусов В.М. Генезис растительности и рациональное природопользование на Дальнем Востоке. - Владивосток: ДВО АН СССР, 1988. - 356 с.

Урусов В.М. Сосны и сосняки Дальнего Востока. -Владивосток: Изд. ВГУЭС, 1999. -385 с.

Урусов В.М. Дальний Восток: Природопользование в уникальном ландшафте. -Владивосток: Дальнаука, 2000. -340 с.

Урусов В.М., Лобанова И.И., Варченко Л.И. Хвойные российского Дальнего Востока – ценные объекты изучения, охраны, разведения и использования. -Владивосток: Дальнаука, 2007. -440 с.

Урусов В.М., Майоров И.С., Чипизубова М.Н. Оценка сходства климата как основа успеха интродукции //Вестн. ТГЭУ, 2010, №1. - С. 108-119.

Шварц Е.А. Эколого-географические проблемы сохранения природного биоразнообразия России: Автореф. дисс. … докт. геогр. наук.-М.: Ин-т географии РАН, 2003. -49 с.

Flora Сoreana. V. 1. Phyongyang: Acad. Scientiarum RPDC, 1972, 278 p.