УДК 603.226:603.31

АДАПТИВНОЕ РАЗВИТИЕ ЛЕСНОГО КОМПЛЕКСА: АНТИХРУПКОСТЬ ИЛИ УСТОЙЧИВОСТЬ

 

ADAPTIVE DEVELOPMENT OF THE FORESTRY COMPLEX: ANTIFRAGILE OR RESISTANCE

 

Резанов В.К., Резанов К.В.

(Тихоокеанский государственный университет, г. Хабаровск, РФ)

 

Rezanov V.K., Rezanov K.V. (Pacific National University, Khabarovsk, Russia)

 

Раскрывается смысл адаптивного развития лесного комплекса и его двух стратегий. Осуществляется сопоставление хрупкости, неуязвимости и антихрупкости. Делается вывод о том, что антихрупкость определяет одну из разновидностей коэволюционной стратегии лесного комплекса.

Expands the meaning of adaptive development of the forestry complex and its two strategies. Definition of sustainability and antifragile system, mapping of fragility, invulnerability and antifragile. Concludes that should be primed specifies one of the varieties of adaptive strategy of development of the forestry complex. 

 

Ключевые слова: адаптивное развитие, устойчивость, антихрупкость, адаптивно-стабилизирующая и коэволюционная стратегии.

Key words: аdaptive development, sustainability, antifragile, stabilizing and coevolutionary strategies    

 

Становление концепции устойчивого развития лесного комплекса (ЛПК) или адаптивного лесопользования опиралось на исходные положения парадигмы устойчивого развития и осуществлялось через углубление представлений об экономической и биологической природе леса от идей «нормального леса» через идею «непрерывно-продуцирующего леса» и идею «эталонного, целевого леса» к понятию «программно-целевой лес» [1, 2].

В системе развивающейся парадигмы «устойчивое развитие» различают три теоретико-методологических подхода: антропоцентрический, биосферно-центрический и ноосферный [3], что соответствует техногенному, сильно устойчивому и слабоустойчивому типу экономического развития [4].

Конструктивными положениями ноосферной концепции следует признать следующее [1, 2]: 1) для развития ноосферы характерна направленность и закономерная последовательность: биосфера – антропосфера – социосфера – техносфера – ноосфера; 2) человеческая деятельность, разум и знания формируют новое качество биосферы, состояние самоорганизующихся природных и социальных процессов. Ядром ноосферы выступает человек, как центр перспективы; 3) необходимость единства и единения человечества, решения социальных и нравственных проблем и исцеления самого Человека, понимание того, что природа является объектом нравственных обязательств; 4) необходимость гармонизации потребностей общества вследствие ограниченности природных ресурсов и закона возрастающих потребностей. Без изменения структуры потребления, снижения его уровня, без самоконтроля и самоограничения эти противоречия не разрешить; 5) относительную независимость, автотрофность человека, которая реализуется через экологизацию производства и частичную консервацию природы, а также трансформацию биосферы в ноосферу.

Критерием устойчивого развития (УР) должен быть прирост всех качеств развития [5], то есть рост социального, демографического, экономического и экологического качеств. Условия реализации УР видятся в экологизации производства и изменениях ценностных предпочтений современных людей, которые должны создать ограничения, учитывающие интересы будущих поколений. Кроме того, в целях гарантированного обеспечения УР, необходимо создать ряд дополнительных критериев для оценки управленческих решений. Среди них можно выделить предотвращение экологических негативных эффектов, освоение природных ресурсов в соответствии с принципом сбалансированности их использования и воспроизводства и на основе нормирования,  формирование фондов будущих поколений [6].

Сбалансированное развитие возможно лишь тогда, когда в деятельности человека и в самих природных процессах происходят непрерывные коэволюционные, взаимно согласованные изменения, т.е. имеет место управление изменениями, ориентированное на повышения потенциала всех трех подсистем – экономической, социальной и экологической. Речь идет об адаптивном управлении, которое рассматривается в качестве  основного метода реализации устойчивого развития и сводится к использованию обратной связи и основано на регулировании [1,13].

Становление теории адаптивного развития лесного комплекса (ЛПК) происходит на основе соответствующих понятий и принципов, логика развертывания последних берет начало от понимания неизбежных трансформаций в природе, обществе и целенаправленности развития, продолжается через признание необходимости синтеза природного и искусственного и реализацию дифференцированного подхода к управлению самоорганизующими системами и идет к осознанию необходимости и возможности коэволюции процессов [1, 2].

В системно-синергетическом подходе важными  понятиями являются сложность, нелинейность, устойчивость и другие.

Сложность системы вытекает из взаимозависимости ее элементов, нелинейность обусловлена взаимодействием случайного и детерминированного процессов и связана с наличием в системе множества устойчивых состояний [7], разных потенциальных структур [8], различных режимов функционирования [9]. Устойчивость означает возврат системы после внешнего воздействия в равновесное, стабильное состояние. Устойчивость рассматривается в связке «устойчивость-неустойчивость» и определяется как квазиустойчивость, то есть как смена равновесных состояний, устойчивых к незначительным внешним воздействиям. Критическое состояние системы называется еще точкой бифуркации, где под воздействием флуктуаций (случая) происходит ветвление в траектории системы, соответственно возникает проблема предвидения [7].

Несколько иначе трактуется неустойчивость в российской школе синергетики, представители которой считают, что неустойчивое состояние означает случайные колебания внутри определенной области, блуждание по полю будущих путей развития; соответственно возрастает степень детерминированности [9]. В русле этого поля блуждания возможно снижение энтропии при вмешательстве мыслящего существа [14], то есть управление развитием системы, «элементами которого являются мыслящие и имеющие волю единицы» (10, С. 343).

В концепции управления социоприродными системами  (в т.ч. лесного комплекса - ЛПК), устойчивость или адаптивность означает не просто восстановление прежнего состояния отдельных подсистем, а неуменьшение природного капитала, увеличение лесного потенциала или одновременный рост всех потенциалов (экологического, социального и экономического).

Возникает вопрос: достаточно ли такого понимания устойчивости или необходимо его расширить? Считаем, что весьма интересным и конструктивным моментом использование понятия  «антихрупкость», которое означает, что под воздействием внешних факторов, стрессоров, система становится лучше прежней [11]. Правда, следует вопрос: а что считать лучшим?

«Уникальность антихрупкости состоит в том, что она позволяет нам работать с неизвестным, делать что-то в условиях, когда мы не понимаем, что именно делаем, – и добиваться успеха» [11, С. 20]. Автор считает, что легче понять, хрупка или нехрупкая вещь, система, чем прогнозировать и предсказывать событие, которое может разрушить или повредить систему (табл. 1).

Понятие «антихрупкость» вводится для борьбы с Черным лебедем - редким, непредсказуемым и большим по последствиям событием [12]. Суть проблемы (борьбы) заключается в сложности и невозможности определить риск очень редких событий и предсказать их наступление. «Понять, как сделаться нечувствительным к повреждению от изменчивости, легко; предсказать событие, которое приведет к повреждению, намного сложнее» [11, С. 22].

Считаем, что, неуязвимость, означающая восстановление или сохранение прежнего состояния системы после внешнего воздействия, является более редким и менее значимым явлением в развитии различного рода систем, прежде всего, природных и социоприродных. Антихрупкость, по нашему мнению, является сутью эволюционных процессов в природе, в которой непрерывно идет усложнение, совершенствование и улучшение, то есть данная стратегия является доминирующей в природных системах. Устойчивость или сбалансированность развития в большей мере характерно для искусственных систем, для систем, построенных на сочетании природных и социальных закономерностей. Последние становятся фактором современного развития социоприродных систем.

Обеспечение неуязвимости весьма трудное дело с одной стороны, с другой стороны, она не является той золотой серединой к которой необходимо стремиться. Антихрупкость также весьма часто обходится очень дорого, в любом случае она предпочтительнее неуязвимости, а устойчивость следует рассматривать как своеобразный компромисс.

 

Таблица 1 – Сопоставление системных свойств или реакций на стрессоры

Признак

Хрупкое

Неуязвимое

Антихрупкое

Воздействие

Разрушение

Восстановление

Улучшение

Дихотомия «событие-реакция»

Изучение событий,

измерение рисков,

свойства событий

Изучение реакций на события, статистические свойства реакций

Преобразование

реакции на

событие

Ошибки, сбои

Ненавидит ошибки

Ошибки – информация

Любит малые ошибки

Волатильность

Короткая

Плоская

Длинная

«Черный

лебедь»

Негативные  «Черные лебеди»

 

Позитивные «Черные

лебеди»

Методология (философия)

Рационализм,

разделенность

Эмпиризм

Скептицизм, эмпиризм, холизм

Наука

Теория

(эпистемология)

Феноменология

Феноменология на

доказательствах

Наука/

технологии

Направленные

исследования

Конъюнктурные

исследования

Стохастическое

прилаживание

Знание

Позитивная наука

Научное сообщество

Негативная наука

Компетентность

Искусство

Эрудиция

Регулирование

Правило, кодекс

предписаний

Принципы

Добродетель,

Эвристика

Принятие

решений

Действие

Оценка вероятностей

 

На основе эвристики

Недеяние

На основе эвристики

Биоэкономические системы

Эффективность,

оптимальность

Избыточность

Функциональная

избыточность

Социальный срез

Дружба

Идеология

Родство

Притяжение

Мифология

Бизнес

Агентская проблема

Промышленность

 

Малый бизнес

Один управленец

Частники

Финансы

Долги

Акционерный капитал

Венчурный капитал

Этика

Слабое

На кону ничего

Величественное

На кону своя шкура

Сильное

На кону своя душа

Право

Законы, система

правовых актов

 

Прецедентное право,

Справедливость

Источник: [11]  с изменениями, 2016 г.

     

На наш взгляд, соподчиненность понятий «антихрупкость», «неуязвимость» и «устойчивость» может быть выражена соответствующей схемой  (рис.1).

                     

 

Источник: составлено авторами, 2016 г.

Рисунок 1– Соподчиненность системных характеристик устойчивого развития

 

Предложенная принципиальная схема соотношения системных свойств позволяет определить, в свою очередь, их место в стратегиях развития социально-эколого-экономических систем (рис. 2).              

 

Источник: составлено авторами, 2016 г.

Рисунок 2 – Соотношение стратегий устойчивого развития ЛПК

 

Первая стратегия - это стабильное развитие, когда изменения равны нулю и происходит восстановление или сохранение прежнего состояния системы; движение от неуязвимости к уязвимости означает рост энтропии, возрастание беспорядка. Вторая - стратегия качественного развития, когда изменения происходят за счет количественных и качественных факторов, при этом размерность системы может меняться в большую или меньшую сторону, то есть может быть и «меньшее - лучшее большего». Третья стратегия - сбалансированное развитие, то есть пропорциональный рост всех элементов системы, что собственно и отражает современный взгляд на перспективу УР.

Данные стратегии соответствующим образом перекликаются с адаптивными стратегиями лесного комплекса – адаптивно-стабилизирующей или адаптационной и адаптивно-поступательной или коэволюционной [1].

Адаптационная стратегия носит приспособленческий характер производства, землепользования, а  устойчивая стабильность природного потенциала обеспечивается за счет сохранения  или восстановления его стабилизирующих связей. Эта стратегия рассматривается нами как частная форма адаптивного лесопользования. Она может иметь место в защитном, заповедном, рекреационном типах лесопользования и выступать основой природоохранного комплекса как средства управления экологическим равновесием. Адаптивно-поступательная или коэволюционная стратегия опирается на принцип коэволюции, а ее основное содержание заключается в поступательности движения, которое определяется соотношением социально-экономических и эколого-лесоводственных процессов, а его направленность - активностью регулирования, составом мер по повышению продуктивности лесов, уровнем многоцелевого использования лесных ресурсов и смыслом лесной региональной политики.

Суть коэволюционной стратегии заключается в следующих принципах [1]:

1) коэволюционности в развитии, означающей непрерывное и сбалансированное изменение-приспособление хозяйственной деятельности к трансформациям в эколого-экономической системе и преобразование самого природного потенциала, форм и методов хозяйствования, а также структуры и объемов потребностей в обществе; 2) поступательности развития, представляющем расширение объемов природных ресурсов на основе комплексного их использования, уменьшения их рассеивания в пространстве и росте продуктивности лесного потенциала; 3) автотрофности, относительной независимости развития от экологических пределов, расширении самих этих пределов; 4) устойчивости, понимаемой не как стабильность, а как квазиустойчивость, смена динамически равновесных состояний, актуализированных потенциальных структур; 5) цикличности, стадийности развития как последовательной смены типов и систем лесопользования, движения к высшим формам хозяйствования, к новым целям, приоритетам и возможностям общества; 6) целенаправленности в достижении гармонии, нормативного идеала, представленного в виде четких формализованных целей хозяйствования; применительно к лесопользованию  это представления о программно-целевых лесах, составляющих основу критериев и индикаторов устойчивого управления лесами; 7) эффективности развития, которая обеспечивается посредством экологизации производства и интегрально оценивается и стимулируется через степень приближения системы хозяйствования к программно-целевому лесу (ПЦЛ); 8) этапности достижения этого «идеала»  и развитии самого «идеала», на основе достижений НТП и рационализации потребления, гуманизации общества; 9) гибкости регулирования, лесной политики, определяющей цели, пути их достижения, характер мер с учетом изменяющихся условий.

Убеждены, что адаптация без адаптирования-преобразования отражает лишь пассивное управление, возможное  и целесообразное  лишь на первом этапе совершенствования лесопользования. Непризнание необходимости позитивного преобразования, активного управления природой не соответствует эволюции общества и роли человека в ней, означает откат «назад в природу». Конструктивнее не приспособление и развитие в узких рамках, пусть даже динамического баланса, а расширение этих рамок в соответствии с закономерностями и пределами природы, т.е. логичнее призыв «назад к природе».

В этой связи обращение к понятию «антихрупкость», которое в контексте эволюционного развития отражает его суть, вполне закономерно и полагаем, может усилить теоретико-методологические положения концепции адаптивного развития ЛПК и расширить инструментарий его обеспечения на практике.

Во-первых, применительно к лесному комплексе, как нам представляется, понятие «устойчивость» как интегральная социально-эколого- экономическая категория отражает меру целенаправленного хозяйственного воздействия, тогда как «антихрупкость» есть отражение возможностей потенциала данной интегрированной системы и мера ее реакции.

Во-вторых, в системе координат  «устойчивость - антихрупкость» коэволюционная стратегия УР разветвляется на две субстратегии – адаптивно-устойчивую (АУС) и адаптивно-антихрупкую (ААС). Первая предполагает последовательное и направленное, поступательное и пропорциональное увеличение всех или частных характеристик социально-эколого-экономической системы, что и будет определять соответствующие уровни УР. Вторая означает, что она является частью сбалансированного развития, где доминируют факторы, которые обуславливают качественные, синергетические изменения системы и определяют предельные уровни параметров УР системы (продуктивности, эффективности, устойчивости и т.д.).   Может показаться, что такое различение излишне и не может иметь места на практике. Однако это не так, например, режимы рубок ухода, построенные в соответствии с лесоводственными требованиями обеспечивают максимальную продуктивность (антихрупкость), а построенные с учетом экономических условий, обеспечивают более низкий уровень продуктивности (устойчивость).

В-третьих, при использовании понятия «антихрупкость» отпадает необходимость в оценке рисков и вероятностей событий, а само предвидение будет состоять в определении того, чего мы не должны делать, допускать сегодня, с тем, чтобы в будущем не иметь  серьезных последствий – «Черных лебедей».

В-четвертых, в зонах или областях антихрупкости социоприродных систем достигается максимальная эффективность / результативность  ее развития, поэтому весьма важно попадание в ходе воздействия именно в эти зоны, то есть, важным становится не только интенсивность, но и топология, конфигурация хозяйственных мероприятий.

Считаем, что ближайшие задачи, связанные с развитием устойчивого управления лесами состоят в обосновании принципов выделения антихрупких областей и в идентификации таких зон антихрупкости в лесного комплекса, что позволит существенным образом развить методологию обеспечения устойчивого, адаптивного развития лесного комплекса страны и регионов.

     

Список использованных источников

1. Резанов, В.К. Адаптивное управление трансформацией и развитием лесопользования [Текст] / В.К. Резанов. Владивосток: Дальнаука, 2001. 351с.

2. Механизмы управления устойчивым развитием лесного комплекса  [Текст] / В.К. Резанов [и др.]; под ред. В.К. Резанова, К.В. Резанов. Владивосток: Дальнаука, 2015 . 511 с. 

3. Лукьянчиков, Н.М. Экономика и организация природопользования [Текст] / Н.М. Лукьянчиков, И.М. Потравный. М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2007. 591 с.

4. Бобылев, С.Н. Экономика природопользования: Учебное пособие [Текст] / С.Н. Бобылев, А.Ш. Ходжаев. М.: ТЕИС, 1997.  272 с.

5. Бакланов, П.Я. Дальневосточный регион России: проблемы и предпосылки устойчивого развития [Текст] / П.Я. Бакланов. Владивосток: Дальнаука, 2001. 44 с.

6. Львов, Д.С. Экономика развития [Текст] / Д.С. Львов. М.: Экзамен, 2002. 512 с.

7. Пригожин, И. От существующего к возникающему. Время и сложность в физических науках [Текст] / И. Пригожин. М.: Наука, 1985. 327 с.

8. Костюк, В.Н. Изменяющиеся системы [Текст] / В.Н. Костюк. М.: Наука, 1993. 352 с.

9. Князева, Е. Н. Синергетика как новое мировидение: диалог с И. Пригожиным [Текст] /  Е.Н.Князева, С.П. Курдюмов // Вопросы философии. 1992.  № 12. С. 3-20.

10. Лотман Ю.М. Внутри мыслящих миров [Текст] / Ю.М. Лотман.  Изд-во, Азбука, Азбука-Аттикус, 2014. 416 с.

11. Талеб Н.Н. Антихрупкость. Как извлечь выгоду из хаоса [Текст] / Нассим Николос Талеб; Пер. с анг. М.: КоЛибри, Азбука-Аттикус, 2014. 768 с.

12. Талеб Н.Н. Черный лебедь. Под знаком непредсказуемости . 2-е изд., доп. [Текст] / Нассим Николос Талеб; Пер. с анг. М.: КоЛибри, Азбука-Аттикус, 2015. 736 с.

13. Walter, C.G. Adaptive management of renewable resources / C.G.  Walter. N.Y. McGraww Hill,1986. 374 p.

14. Szilard L. Uber die Entropie verminderund in einem thermodinamischen system bei engriffen intilligenter wesen / L. Szilard  // Zeitschrift fur Physik. 1929. Bd. 53. S. 840.