УДК 634. 948 + 630.62

К ВОПРОСУ О ПРИРОДНОМ И АНТРОПОГЕННОМ ВОЗДЕЙСТВИИ НА ПОДРОСТ СОСНЫ В ПРИГОРОДНЫХ НАСАЖДЕНИЯХ Г. БРЯНСКА

 

EXPERIENCE OF ARTIFICIAL SETTLEMENT (NEODIPRION SERTIFER GEOFFR) HEALTHY AND WEAKENED TREES OUTSIDE OF THE FOCUS OF MASS REPRODUCTION

 

Вишнякова С.В. (Брянский государственный университет, г.Брянск, РФ)

Vishnyakova S.V. (Bryansk state university, Bryansk, RF)

 

В пригородном лесу каждое двадцатое дерево подроста подвергается грубому антропогенному воздействию. Только 29% деревьев подроста не повреждены, вредителями леса и человеком. Нет тесной связи между заселением деревьев рыжим сосновым пилильщиком (Neodiprion sertifer Geoffr) и повреждённостью их другими вредителями и человеком.

In the suburban woods every twentieth tree of the undergrowth is subjected to rough anthropogenic impact. Only 29% of the trees of the undergrowth are not damaged by wood pests and man. There is a close connection between settling trees Neodiprion sertifer Geoffr and damage by other pests and ma

 

 Ключевые слова: подрост, повреждения, вредители, человек, пригородные леса

 Key words: undergrowth , damage, pests, people, suburban forest

 

В окрестностях крупных городов, как известно, повышена рекреационная нагрузка на лесную экосистему. Пригородные насаждения, окружающие г. Брянск, тоже не являются исключением. С таянием снега они заполняются трудящимся населением, собирающим, до поздней осени, цветы, лекарственные растения, грибы, ягоды; в снежное время – это искатели бесплатной новогодней ёлки, которой часто служит вершина молодого дерева сосны. И круглый год пригородный лес активно посещается жгущими костры и мусорящими отдыхающими и, с небольшими перерывами, охотниками и рыболовами. Разумеется, такая нерегулируемая нагрузка в первую очередь сказывается на самой незащищённой составляющей леса – подросте.

Для определения долей повреждённых деревьев подроста собственно вредителями – обитателями леса и человеком в начале лета 2016 г был проведён его учёт в одном из наиболее посещаемых местным и городским населением участке Ковшовского лесничества Брянского лесхоза. Также предполагалось проследить хронологию заселения одних и тех же деревьев наиболее заметным вредителем – рыжим сосновым пилильщиком (Neodiprion sertifer Geoffr), очаги которого, с разной силой, действуют сейчас в Брянской области, и попытаться установить существование связи между выбранными им растениями и их повреждённостью другими вредителями. Учёт проводился следующим образом. На расстоянии около 200 м от трассы, вдоль ответвляющейся от неё лесной дороги, производили визуальный осмотр 155 шт деревьев подроста сосны. Поскольку выбранная часть насаждения представляла собой невысокий холм, с растущим на нём сильно разреженным сосняком с подростом, то направление маршрута было перпендикулярно лесной дороге, чтобы осмотреть деревца не только вдоль неё, но и в глубине участка, дойдя до вершины холма. При этом высота осматриваемых деревьев не была более 2,5 м, т.е. позволяющая легко просматривать деревце до вершинки. Повреждёнными считали деревца с искривлёнными стволиками или вовсе утратившие вершинку, с обломанными или усыхающими боковыми веточками, с явными повреждениями лесными вредителями стволика, веточек и хвои. Деревца, у которых такие признаки отсутствовали, – считали неповреждёнными. Разумеется, можно было бы предложить и другую шкалу для диагностирования состояния подроста, но это требовало бы дополнительной технической оснащённости и специальных исследований, кроме того для решения обозначенных задач, вполне подходила и такая шкала диагностирования. Для её применения каждому дереву присваивался номер и составлялась своеобразная характеристика. В ней отмечалось наличие повреждений, по возможности определялось происхождение повреждения - природного или антропогенного характера и время его появления. При этом, если повреждение было явно природного характера, то определяли вид вредителя, частоту и годы заселения им деревца. На обследуемом участке природными вредителями были, как правило, побеговьюны (Evetria) и рыжий сосновый пилильщик, следы деятельности которых нетрудно диагностировать. Повреждения сосновой совки (Panolis flammea Den), встречавшиеся в этом же насаждении в прошлые годы (Вишнякова С.В., 2013 ) – в 2015 г, не обнаруживались.

При проведённом учёте удалось собрать сведения, которые могут быть полезными для специалистов, занимающихся вопросами лесообразования. В таблице 1 приведены сводные данные по результатам осмотра 155 деревцев.

 

 Таблица 1 – Результаты осмотра 155 шт деревцев подроста сосны  пригородного насаждения

Количество деревьев, имеющих явные повреждения

вредителями и человеком

Количество неповреждённых деревьев

Всего обследованных деревьев

 

 шт

 %

 шт

 %

 шт

 %

 110

 71,0

 45

 29,0

 155

 100

 

Как видно из таблицы 1, повреждёнными оказалась большая доля из обследованных деревцев – 110 шт (71%). При этом из этих 110 шт таких, у которых вовсе не было вершины или стволик был видоизменён в результате утраты центрального побега, выявилось 50 шт (45,5%) . Кроме того, из этих 50 деревьев, 7 шт (т.е. 14 %) пострадали явно в результате действий человека в последние 1 – 3 года. Так у них были просто отломаны вершины. Однако возможно, что и оставшиеся от этой суммы 43 деревца (50 – 7 = 43) с видоизменёнными стволиками повреждены были тоже человеком, но в более раннее время. Ведь определить сейчас причину утраты стержневого побега двухметровым деревом в его 3-х 5-летнем возрасте практически невозможно. Причём не раз встречались деревца с дважды или даже трижды видоизменённым стволиком. Неожиданным оказалось то, что повреждённые людьми деревца находились не обязательно возле дороги и причина их повреждения не поддавалась какому-либо рациональному объяснению.

Что же касается заселённости рыжим сосновым пилильщиком деревцев подроста разного состояния, то как известно, это можно проследить в хронологическом порядке. Ведь его личинки, как мы это наблюдали в очагах массового размножения (Вишнякова С.В., 1993), в местах своего питания оставляют следы погрызов ветвей прошлого года. Так, например, отродившиеся в 2015 г личинки, оставят следы в виде погрызов на веточках 2014 года вегетации. Такие погрызы имеют обычно близкую к прямоугольной форму, реже круглую, но никогда не окольцовывающую веточку, и т.к. глубина погрыза, оставляемая личинкой, достигает древесины, то они хорошо сохраняются на веточках и видны в последствии 2 – 3 , а то и 4 – 5 лет. На фотографии (рис. 1) просматриваются погрызы личинок пилильщика даже 2011 и 2012 гг. Именно по этим следам (погрызам) и можно установить год питания их на дереве. Такие погрызы разных лет были обнаружены у 79 шт деревьев или 71,8% от всей суммы повреждённых. Но, при этом, прямой связи заселения деревца пилильщиком с повреждением его другими вредителями (как правило, побеговьюнами) или человеком не обнаружилось. Так заселённых пилильщиком деревцев с искривлённым стволиком оказалось 19 шт, но пилильщик совсем не тронул большую часть (31 шт) таких же деревьев. Также можно было пронаблюдать повторяемость заселения пилильщиком одного и того же дерева даже до пяти эпизодов. Всего, с таким пятикратным заселением, встретилось два деревца. И если и возникали сомнения в пятикратном заселении одной и той же сосенки, то в 4-х и 3-х кратных сомневаться не приходилось, т.к. на многих деревцах сохранились сделанные нами ещё с 2012 года пометки мест обитания семей пилильщика. Некоторой особенностью многократного заселения пилильщиком было то, что его эпизоды не всегда следовали подряд друг за другом. Они могли прерываться на год или даже два. Например, встречались деревья, заселявшиеся в 2010-м, 2011-м, 2012 –м г.г. и затем вновь только в 2015-м -

2

 
 всего четыре эпизода заселения. Однако, как уже отмечалось выше, связи между заселением пилильщиком однократным или многократным, одного и того же дерева, с его состоянием обнаружить пока не удалось. Пилильщик заселял вполне здоровые, не тронутые другими вредителями деревца. И такое весьма часто наблюдалось при его освоении побегов 2015 года. Зато существование связи заселения пилильщиком деревца с какими-то, пока неизвестными, особенностями места откладки яиц самкой было налицо. Так часто погрызы разных лет отмечались на одних и тех же веточках. Т.е. самки, в разные годы, садились в одно и то же место кроны дерева. Причём здесь же рядом в кроне были и другие, вполне здоровые, ветви, но следов погрызов на них не обнаруживалось.

Рисунок 1 – Погрызы личинок пилильщика 2011 г (сразу от вертикально расположенного стволика - 1) и 2012 г (следующий побег - 2)

 

Таким образом, из проведённого нами подробного обследования подроста видно, что не приходится делать вывод о даже удовлетворительном его состоянии в пригородных насаждениях. При этом должна особо настораживать антропогенная составляющая в 14 % (и возможно выше) поломанных человеком молодых деревцев, от всего количества с видоизменённым стволиком, - т. е каждого седьмого. А из общей суммы учтённых ( 155 шт ) - почти каждого двадцатого деревца подроста. Такой результат должен заставить соответствующие службы лесопользователей задуматься о регулировании доступа в лесные насаждения и лучше, если это будет осуществляться не запретительным, а конструктивным методом с устройством рекреационных сооружений, сосредотачивающих людей в определённых местах. Что же касается предпочтения рыжим сосновым пилильщиком деревьев, повреждённых другими вредителями, то тесной связи между этими явлениями пока не обнаружено.

 

Список использованных источников

1.      Вишнякова С.В. Биологические особенности и вредоносность рыжего соснового пилильщика (Neodiprion sertifer Geoffr) в несомкнувшихся культурах Брянской области. Автореферат кандидата биологических наук: 03.00.09.- Москва, 1993 – 20 с.

2.      Вишнякова С.В. Заселённость и повреждаемость молодых деревьев в очагах рыжего соснового пилильщика (по данным 1989-1991 и 2012 г.г.) // Актуальные проблемы лесного комплекса. Выпуск 35.-Брянск: БГИТА, 2013. -С.46-50.